Turmush — Управление внутренних дел Иссык-Кульской области в 2019 году на основе архивных материалов подготовило серию материалов по случаю 100-летия генерала Аджике Кутманалиева. В 2025 году генералу исполнилось бы 106 лет.
На этот раз Turmush решил поднять архивные материалы о проведении специальной операции «Буйгу».
_____________________________________________________________
Читайте также материалы
К 100-летию А.Кутманалиева — операция по спасению первого кыргызского генерала. Архивные фото
Как кыргызский паренек летал на самолете и стал генералом — к 100-летию Кутманалиева. Архивные фото
_____________________________________________________________
После удачной проведенной операции по спасению генерала Исхакбека Мониева и его семьи, Аджике Кутманалиев вновь прибыл в Иркештам, где продолжил службу на границе Киргизской ССР и Китая. Как он описывал тот период в своих воспоминаниях: «В 1943 году на Сталинградском фронте шли ожесточенные бои, там по существу решалась судьба Советского Союза. А наши соседи, друзья в кавычках, в лице Гоминдановского правительства Китая в одностороннем порядке порвали всякие нормальные добрососедские взаимоотношения, приостановили действия многих договоров, искусственно создали напряженное положение на границе. Предложили всем советским гражданам, работающим в Синьцзяне, покинуть территорию провинции. Мало того, они стали провоцировать инциденты на границах. Надо сказать, наши славные пограничники и тогда давали достойный ответ всем их провокациям. Все это делалось для того, чтобы в случае поражения Советского союза на Сталинградском фронте, Гоминдановское правительство могло напасть на нас, чтобы отвоевать часть территории среднеазиатских республик».
О сложности того времени свидетельствует рапорт начальника погранвойск НКВД Казахского округа, генерал-майора Ухова Ивана Кузьмича: «Глава провинции Шэнь Ши Цай, он же командующий войсками Синьцзянской провинции, внешне демонстрируя свою дружбу к нашей стране, но являясь воспитанником японской военщины, стал проявлять прояпонскую ориентацию. Под предлогом ненужности охраны границы с дружественной страной он «ликвидировал» погранохрану. Вместо снятых пограничных постов в приграничных населенных пунктах выставлены полицейские посты, численностью превосходящие пограничные посты. К этому еще характерно отметить период, совпадающий с вероломным нападением фашистской Германии на СССР, Шэнь Ши Цай провел ряд «оборонительных» мероприятий, начались реставрация крепостей в пограничных городах, ремонт давно заброшенных казарм, караван-сараев, восстановление и строительство мостов через пограничные реки, улучшение паромов, мобилизация транспорта».
Из воспоминаний Аджике Кутманалиева можно судить, что несмотря на жестокие репрессии в Илийском, Тарбагатайском и Алайском округах северного Синьцзяна, в ноябре 1944 года вспыхнуло демократическое революционное восстание. Восставшим удалось занять незначительные воинские укрепления, учебные пункты и части, охранявшие аэропорт и другие важные объекты, вооружиться захваченным оружием. Первый боевой отряд, задавший тон революции, возник в районе Нилки, что находится в ста километрах от города Кульджи, под руководством известного прогрессивного демократа Фатиха Муслимова, а другой – в районе Яматы под руководством Ганы-Батыра. К восставшим присоединилась и русская эмиграция. Она состояла в основном из белогвардейской армии атамана Дутова. Во главе русской эмиграции стоял полковник Полинов Иван Иванович.
Возможно, Аджике Кутманалиев, когда описывал события в Синьцзяне, изменил имя полковника Александрова Петр Романовича на Ивана Полинова. В то время многие имена участников событиях находились в строжайшей тайне. Только теперь, по прошествию многих лет, специалисты могут открыть занавесы из документов, ранее практически неизвестных широкому кругу читателей.
Из доклада народных комиссаров внутренних дел Л.Берия и государственной безопасности В.Меркулова председателю Государственного комитета обороны (ГКО) И.Сталину и народному комиссару иностранных дел СССР В.Молотову от 8 декабря 1944 года (приводиться вкратце): «23 сентября текущего года в Нилхинском уезде Синьцзяня мусульманское население восстало против китайской администрации, разгромило китайский войсковой отряд численностью 300 солдат и 7 октября с боем заняло уездный город Нилхэ. Одним из зачинщиков восстания в Нилхинском уезде является Муслимов Фатих Мустафьевич, 1906 года рождения, татарин, уроженец города Хоргос, с детства проживал в Кульдже, в 1926 году принял советское гражданство.
Для оказания помощи Муслимову и повстанцам 5 ноября в Синьцзян направлен Александров Петр Романович, 1892 года рождения, русский, уроженец города Алма-Ата, в прошлом служил в армии Дутова, с остатками которого бежал в Синьцзян, где вплоть до августа 1944 года проживал в городе Кульджа, занимаясь торговлей. В августе Александров в результате преследования со стороны китайских властей за просоветскую работу бежал в СССР.
11 ноября председатель Комитета Республики Восточного Туркистана Шакирходжаев Алихан секретно связался с резидентом НКГБ СССР в Кульдже и сообщил, что духовенство, авторитеты и все мусульманское население принимают Комитет за народную власть. Однако, военных сил у них недостаточно, китайцы намереваются окружить город Кульджа и он опасается, что повстанцы будут разбиты, мирное население истреблено.
А.Шакирходжаев при этом передал следующее письменное обращение Советскому правительству: «Консулу СССР в город Кульджа. Сформировавшееся национальное правительство народов Илийского округа против угнетателей обращается к правительству СССР с просьбой о самой срочной помощи и защите народов от насилия, произвола и кровавой расправы с мирным населением и семьями. Это обращение было подписано кроме самого Шакирходжаева, 13-ю другими членами Комитета.
В обращении, в частности говорится, что «в целях оказания помощи национально-освободительному движению мусульман в Синьцзяне считаем необходимым:
1. Направить на место в качестве военных советников группу ответственных работников НКВД СССР во главе с генерал-майором Егнаровым, с необходимыми средствами связи и специалистами по подрывному делу.
Товарищ Егнаров и направляемые с ним работники будут соответственно законспирированы.
2. Перебросить в Синьцзян подготовленные ранее пять конных отрядов общей численностью 590 человек, состоящих как из бывших жителей Синьцзяна, перешедших на нашу сторону, так и из числа народностей Средней Азии.
Двум из отрядов на месте обрасти за счет участников мусульманского национального движения и обеспечить разгром китайских гарнизонов, засевших в Арембакской крепости и других крепостях Илийского округа Синьцзяна.
3. Снабдить повстанцев вооружением, соответствующим количеством боеприпасов к ним, гранатами и минами».
В своих воспоминаниях А.Кутманалиев генерал-майора Егнарова Владимира Степановича будет упоминать как Иванова Иван Ивановича — Искендер Эфенди, который в 1943 году организовал операцию по спасению генерала И.Мониева. Сотрудник советских органов госбезопасности В.Егнаров родился в 1903 году в городе Баку, умер 1976 году в городе Москва.
С 5 декабря 1944 по 1 ноября 1946 — начальник отдела спецзаданий НКВД СССР. Данный отдел спецзаданий был образован 5 декабря 1944 года и расформирован 20 декабря 1946 года.
Основная задача — оказание помощи национально-освободительному движению мусульман Синьцзяна. Под псевдонимом «Иван Иванович» был советником при правительстве Восточно-Туркестанской республики.
Для проведения в Сынь-Цзяне спецопераций на территории Киргизской ССР создаются два специальных отряда под названием «Буйга» и «Баатыр». По воспоминаниям Токона Усубакунова, ветерана КГБ СССР, база по подготовке отряда «Батыр» располагалась в Иссык-Ате, на территории санаторно-курортного комплекса. В отряде было 67 человек, командир – Кутан Торгоев, начальник штаба Дуйше Ногойбаев.
Аналогичный отряд «Буйгу» с численностью порядка 100 человек был сформирован на юге Киргизии под командованием Исхакбека Мониева, военным инструктором был А. Кутманалиев. Проходил подготовку в селе Гульча Ошской области. «Батыр» и «Буйгу» были кодовыми именами командиров отрядов. Отряд «Батыр» должен был двинуться туда через Торугарт, а отряд «Буйгу» - через Иркештам. Но восстание началось в декабре 1944 в Илийском округе. Отряды были спешно переброшены на участок границы под Хоргос. Члены отряда были одеты, как местные жители, лошадиная упряжка тоже была местной, оружие было иностранным.
Возможно, спешная переброска данных отрядов послужила причиной тому, что в такой переходный период где-то очень рядом проходила запретная линия, за которую председателю комитета Восточно-Туркестанской республики Шакирходжаеву заходить по всей видимости не позволило внутреннее чувство самосохранения. В связи с чем, руководящий спецоперацией генерал-майор В.Егнаров принимает решение о вывозе его на территорию СССР и прибытии в назначенный участок Исхакбека Монуева со своим отрядом «Буйгу». Он хорошо знал Исхакбека по совместной работе в Илийском округе. Ведь, Исхакбек не многим более года, как покинул Кульджу с должности председателя Киргизско-Казахского культурно-просветительского общества, избегая ареста со стороны китайских властей. Приезд Исхакбека вселил членам правительства определенную надежду, уверенность в успехе революции.
Он одним из первых со своей армией штурмовал осажденный Айранбах. Гарнизон гоминдановских войск с численностью не многим более одной дивизии не мог прорвать кольцо народных ополченцев и уничтожить их. Отдельно организованные разведки боем с целью завладеть инициативой заканчивались провалом. Попытки революционных сил штурмом войти во внутрь Айранбаха тоже не имели успеха.
Зима 1945 года в Илийском округе выдалась суровой, многоснежной. Как утверждали местные жители, такой зимы они не видели давно. По-прежнему продолжалась осада окруженной группы Кульджинского гарнизона. В штаб бригады Исхакбека стали просачиваться сведения о том, что гарнизон Айранбаха готовится к прорыву в сторону горы, чтобы не быть полностью уничтоженным и сохранить таким образом себя от полного поражения. Урумчинское правительство должно было послать навстречу одну дивизию, только что прибывшую из центрального Китая, для оказания помощи. В случае воссоединения оба подразделения должны были перегруппироваться, вернуться обратно и подавить революцию в Кульдже.
В начале февраля из Айранбаха прорвался находившийся в осаде гарнизон и направился в сторону горы. Расстояние от города до подножья составляет где-то 30 км, а до перевала – 60 км. Чтобы обеспечить нормальное движение колонны, впереди шли опытные, хорошо вооруженные, отборные подразделения, пробивая дорогу всем остальным.
Главной ударной революционной силой молодой республики, несмотря на непродолжительность формирования, считалась кавалерийская бригада Исхакбека и на нее возлагались все надежды. Исхакбек доложил свой план уничтожения противника на заседании временного правительства и тоже двинулся в дорогу.
Комбриг Исхакбек со своим штабом и полком Разака Мавлянова решил не преследовать противника, а обходным путем выйти в район Чапкан-Джуты раньше противника и занять все дороги. Исхакбек развернул штаб бригады прямо на одной из сопок Чапкан Джуты. Такая тактика полностью оправдала себя. Исхакбек и на этот раз показал свои организаторские способности, умение ориентироваться в сложной обстановке, решительность и хорошее знание военного дела.
Устроенная западня в районе Шайтан-Купоро («Чертов мост») увенчалась успехом комбрига Исхакбека Мониева. Итак, кольцо окружения все сжималось, противник к сумеркам отступил полностью на старое место, т.е. в район Джаман-Таш. Все стали понимать, что оставшиеся части больше не боеспособны, что означало полное поражение. По предварительным данным, от дивизии Бу Чи Сыня не осталось и одной трети от первоначальной численности.
По поручению командования революционных сил в район Джаман-Таш, т.е. к месту нахождения штаба Кульджинского военного гарнизона, подписать акт о безоговорочной капитуляции выехали парламентарии из пяти человек. Парламентером был назначен помощник начальника штаба по оперативной части бригады Аджике Кутманалиев. С другой стороны вести переговоры и подписать акт капитуляции (в целях соблюдения паритета) был назначен заместитель начальника штаба. Переговоры шли в спокойной обстановке, во время переговоров особых разногласий не возникало. Противник согласился со всеми условиями, предложенными революционными силами. Просил только об одном, о гарантии сохранения жизни и обеспечения работой всех военнопленных и членов их семей.
Таким образом, 27 февраля 1945 года стало днем победы революционных сил над Кульджинской группировкой войск противника. Чуть позже, после подписания акта капитуляции стало известно о смерти командира дивизии Бу Чи Сыня, охраняемого солдатами. Последующая проверка показала правдоподобность. Комдив покончил жизнь самоубийством.
В 1949 году, когда пал гоминьдановский режим, сталинское руководство обрело нового союзника на Востоке в лице Мао Цзэдуна. Учитывая его стремление объединить Китай, нетрудно догадаться о планах КНР по отношению к Синцзяну. К тому же, руководство Восточно-Туркестанской Республики, решая повседневные хозяйственные задачи, не всегда безупречно придерживалось марксистско-ленинских принципов. Оба этих обстоятельства решили дальнейшую судьбу ВТР.
В середине августа 1949 года Китай инициировал переговоры с руководством Восточно-Туркестанской Республики. Глава делегации президент Махмуд Касими выехал из Кульджи в Пекин через Алма-Ату и Иркутск на заседание Народного политического консультативного совета Китая. В составе делегации был и министр обороны ВТР Исхакбек Мониев. Несколько дней спустя было объявлено о крушении самолета Ил-12 с правительством ВТР на борту. «Такие люди, как Исхакбек Мониев и его сподвижники, намного опережают свое время. Подвиги их жизней на долгое время были преданы забвению. Трагический конец – вот награда за подлинный героизм страданий, самоотверженности и той жертвы, которую они принесли ценою своих жизней. Они будут для нас навсегда великим примером. И мы должны бережно относиться к памяти их героической жизни», - писал Аджике Кутманалиев о своем боевом товарище И.Мониеве.
За выполнение правительственного задания в Сыньцзяне А.Кутманалиев будет награжден орденом и медалью от Восточно-Туркестанкой Республики.